В октябре 2018 года Канада разрешила продавать рекреационный каннабис взрослым. Возражение противников легализации звучало просто: магазины откроются рядом со школами, и достать каннабис станет легче. Проверить это, казалось бы, можно без сложных инструментов: есть адреса школ, есть адреса торговых точек, есть расстояние между ними.

Канадские исследователи Джейми Сибрук, Адам Коул, Джейсон Гиллиленд и Ширань Чжун проверили эту связь на очень большом массиве данных. Результат опубликован в журнале Drug and Alcohol Dependence: устойчивой связи между плотностью легальных магазинов вокруг школы и самим фактом употребления каннабиса подростками они не нашли. Интересен здесь не столько отрицательный результат, сколько вопрос, который за ним стоит. Что именно измеряет расстояние до магазина?

Граница доступного материала

Сразу оговорю границу. У статьи в журнале есть DOI 10.1016/j.drugalcdep.2026.113368, но полного текста в доступных источниках нет. Дальше я опираюсь на авторское изложение в The Conversation, перепечатанное Medical Xpress 27 октября 2026 года. Это текст самих исследователей, а не университетский пресс-релиз, и всё же не статья: ковариаты, спецификацию моделей, величины эффектов и доверительные интервалы там не приводят. Поэтому утверждения ниже ограничены тем, что авторы сочли нужным сообщить, и проверены только на уровне их формулировок.

Стоит различать статус публикации и статус изложения. Журнальная работа вышла в рецензируемом издании, но проверить её модели по пересказу нельзя, поэтому все числа ниже взяты из авторского текста, а не из таблиц исследования.

Как устроена проверка

Данные взяты из проекта COMPASS, исследовательской платформы Университета Уотерлу, которая с 2012 года собирает сведения о здоровье школьников. Опросы прошли в Альберте, Британской Колумбии, Онтарио и Квебеке в учебных годах с 2018/19 по 2023/24. В анализ вошло более 419 тысяч ответов учащихся.

Доступность авторы измеряли тремя способами: расстояние до ближайшего магазина, число магазинов поблизости и показатель, в котором близкие точки весят больше далёких. Три меры описывают розничную сеть с разных сторон, но все привязаны к школе.

За цифрой 419 тысяч стоят ответы, а не 419 тысяч разных подростков. Опросы повторялись в разные годы, и одних и тех же людей не прослеживали. Авторы прямо называют это ограничением, и для чтения результатов оно важно: перед нами не судьба отдельного школьника, а срез разных школьных популяций за шесть лет, куда попала и пандемия COVID-19.

Что нашли

Устойчивой связи между большей розничной доступностью и фактом употребления не обнаружилось. Ни для ответа «когда-либо пробовал», ни для употребления за последний год или месяц, ни для ежедневного и почти ежедневного. Авторы формулируют это как отсутствие последовательной связи, а не как доказанное отсутствие эффекта.

Единственное заметное исключение касается тех, кто уже пробовал каннабис. В 2018 году, в первый год после легализации, большая доступность была связана с более частым употреблением. В следующие годы эта связь ослабла и перестала быть статистически значимой. Авторы пишут, что близость магазина могла иметь значение для частоты употребления в ранний период, но устойчивым предиктором не осталась.

В той же выборке употребление снижалось: за последний год с 22,2% в 2018-м до 10,0% в 2023-м, за последний месяц с 13,0% до 6,4%, почти ежедневное с 4,2% до 2,4%. Эти проценты относятся к участвующим школам и не описывают страну целиком. Для национального контекста авторы приводят оценку министерства здравоохранения Канады: 18,3% учащихся 7–12 классов в 2023/24 (в канадской системе это примерно 12–18 лет). Это другой опрос, и авторы отдельно просят не приравнивать его к своим цифрам.

Почему близость магазина может ничего не сказать о доступе

Первое объяснение авторы называют сами. Подростки не обязательно покупают каннабис напрямую в легальной точке. Они могут получить его через друзей, родственников или другие социальные связи, и тогда расстояние от школы до витрины плохо описывает реальную лёгкость добычи. Авторы ссылаются на работу об американских старшеклассниках, где друзья выступают заметным источником каннабиса, в том числе через совместное употребление или покупку.

При этом авторы оговаривают: где именно учащиеся берут каннабис, исследование не измеряло. Доступ через друзей остаётся возможным объяснением, а не проверенным механизмом. То же касается влияния сверстников и восприятия риска: эти факторы могут влиять на употребление, но разделить их вклад в таком дизайне нельзя.

Слово «доступность» здесь означает две разные вещи. Расстояние от школы до магазина описывает адрес и плотность легальной сети. Практический доступ подростка описывается другим: где он проводит время, с кем общается, есть ли рядом человек с деньгами и возрастом для покупки. Условный пример: два пятнадцатилетних подростка учатся в школах, между которыми километр разницы по расстоянию до ближайшей точки продаж. Если у одного старший брат покупает каннабис, а у другого нет такого контакта, разница в километре может не значить ничего. Пример объясняет механизм, а не воспроизводит чьи-то данные.

Есть и вторая привязка измерения, о которой авторы говорят отдельно: розничную доступность считали вокруг школы, а не вокруг дома или мест, где учащиеся проводят время. Школа удобна как точка отсчёта: у неё точный адрес, и вокруг неё учится много подростков. Но весь дневной маршрут подростка она не покрывает.

Что нулевой результат не доказывает

Отсутствие устойчивой связи не означает, что магазины не важны. Наблюдательный дизайн не позволяет делать причинных выводов, и авторы это подчёркивают: разделить вклад социальных и индивидуальных факторов в такой работе невозможно. К тому же результат зависит от того, насколько точно измерена экспозиция и насколько редок исход. Если подростки редко покупают напрямую, связь между плотностью точек и фактом употребления размывается ещё до статистики.

Есть и содержательная версия, которую авторы тоже держат в тексте: связь могла быть заметнее в ранний период легализации, когда рынок только формировался, а затем ослабнуть по мере его взросления. Проверить это на уровне механизма в рамках описанного дизайна нельзя.

Что это меняет для политики

Авторы не призывают ослаблять ограничения. Они напоминают, что употребление каннабиса в подростковом возрасте связано с рисками для здоровья и проблемами в учёбе, и ссылаются на мета-анализ, где нашли связи с депрессией и суицидальными мыслями, а также на работы о школьной успеваемости. Ограничения на расстояние от магазинов до школ, по их мнению, могут сохранять смысл. Но сама по себе близость точки продаж может оказаться недостаточным инструментом, чтобы понимать и предотвращать употребление. Профилактика, по их мнению, может также требовать внимания к социальному доступу, влиянию сверстников и факторам частого потребления.

Практический вывод для читателя скромнее, чем заголовок «магазины не влияют на подростков». Он звучит так: удобная метрика на карте не равна механизму, который мы хотим понять. Тот же урок о разрыве между измеряемым показателем и реальным эффектом разобран в материале о том, почему девять испытаний не дают ответа о каннабисе при бессоннице: там тоже аккуратность дизайна ограничивает вывод сильнее, чем хотелось бы.

Ограничения, названные авторами

Употребление каннабиса школьники сообщали сами. Опросы шли в последовательные годы, но одних и тех же людей не сопровождали, поэтому речь о повторных срезах, а не о когорте. Розничный доступ считали вокруг школ, что может не совпадать с тем, где школьники живут и проводят время. Пандемия COVID-19 нарушала школьную и социальную среду в изучаемый период. Выборка не является национально репрезентативной. Дизайн наблюдательный, поэтому причинных выводов он не даёт, а вопрос о том, где именно учащиеся берут каннабис, остался вне измерения.

Самое интересное здесь остаётся открытым. Плотность легальных точек легко посчитать, а география реального получения каннабиса подростками требует других данных и других вопросов. В этом исследовании таких данных нет, и осторожная формулировка авторов выглядит точнее любой сенсации: связь неустойчива, а измерение описывает только часть картины.

Источники

  • Seabrook J., Cole A., Gilliland J., Zhong Sh. Do more cannabis stores near schools mean more teens use cannabis? Our research suggests the answer is complicated. The Conversation, 27.10.2026. Перепечатка: Medical Xpress; оригинал: The Conversation.
  • Статья в Drug and Alcohol Dependence, DOI 10.1016/j.drugalcdep.2026.113368. Полный текст в доступных источниках отсутствует, детали методов и оценок здесь не проверены.
  • COMPASS System, University of Waterloo: uwaterloo.ca/compass-system.
  • Health Canada. Drug and alcohol use in Canada: Youth (grade 7–12 students), Canadian Student Alcohol and Drugs Survey: health-infobase.canada.ca/substance-use/csads.
  • Работы, на которые авторы ссылаются в своём изложении (при подготовке этого обзора не открывались, приведены по идентификаторам из авторского текста): DOI 10.1001/jamapsychiatry.2018.4500, 10.1001/jamapediatrics.2024.3674, 10.1016/j.addbeh.2020.106730, 10.1016/j.lana.2024.100708, 10.1093/her/cyaa018.
Схема показывает, что расстояние от школы до магазина описывает розничную сеть, но не путь, которым каннабис попадает к подростку.

Фото: Erik Mclean / Pexels