Исследователи ждали рассказов об уверенности и праве на удовольствие, а услышали про страх, настороженность и стыд. В интервью с 31 гетеросексуальным мужчиной 18–32 лет, жившими в Австралии и США, 29 участников описали сексуальные встречи как источник сильной тревоги, страха и постоянной настороженности. Многие также говорили о самоконтроле. Работа опубликована в Journal of Sex & Marital Therapy, о ней 30 октября 2026 года рассказал PsyPost.

Авторы — Джосси Форрест из Мельбурнского университета, Джесси В. Форд из Колумбийского университета и Джонатан Херринг из Оксфорда. Они хотели понять, как молодые мужчины, выросшие в эпоху разговоров о согласии, переживают интимную близость. Вопросы интервью не касались эмоций, моральной ответственности или страха обвинения. Эти темы всплывали сами.

Что говорили участники

Один 28-летний мужчина сравнил секс с попыткой обезвредить бомбу, когда не знаешь, какой провод резать. Двое молодых участников сказали, что страх перекрывал любую радость во время близости. Многие описывали постоянное наблюдение за реакциями партнёрши и фильтрацию собственного поведения. Вместо присутствия в моменте — привычный режим самоконтроля.

У 26 из 31 участника звучал страх позора и личного краха. 19 человек боялись официальных обвинений, которые могут разрушить карьеру или привести к тюрьме. 17 опасались слухов и изгнания из круга друзей. При этом 16 участников обращали осуждение внутрь себя и говорили о постоянном чувстве стыда: «Я не хороший человек», «Я такой плохой».

Авторы подчёркивают: выборка не представляет молодых мужчин в целом, а приведённые доли относятся только к этим 31 собеседникам. Исследование не доказывает, что тревогу вызвал именно современный разговор о согласии. Четыре из семи вопросов касались неопределённых или несогласованных ситуаций, что могло направить воспоминания в сторону стресса. Партнёрши мужчин в исследовании не участвовали.

Суть переживания можно пояснить так. Представим студента, который перед свиданием мысленно прокручивает правила: спросить разрешение, заметить каждый жест, убедиться, что партнёрше комфортно, и одновременно не показаться навязчивым. Он не расслабляется, а выполняет протокол. Такая рамка помогает понять механизм, но не говорит, что именно обучение согласию создало это состояние. Внешний эксперт Гурит Бирнбаум из Университета Райхмана напомнила, что отсутствие спонтанных рассказов об удовольствии не означает, что удовольствия не было в жизни участников.

Авторы предлагают не отменять обучение согласию, а дополнить его разговором о взаимном доверии и праве обоих партнёров говорить о том, что им нравится. Форрест и её соавторы отметили, что мужчины хотели «связи с партнёром, а не совершенства». Сейчас команда изучает, как те же участники понимают собственный нежелательный или двойственный сексуальный опыт — вопрос, который мужчинам почти никогда не задают. Тем, кто планирует анализировать похожие интервью в академической работе, может пригодиться помощь с научной статьёй.

Схема показывает четыре связанных переживания, которые 31 участник интервью спонтанно называл при описании сексуальных встреч: тревога, самоконтроль, страх последствий и стыд.

Фото: Vitaly Gariev / Pexels