В 2023 году журнал Edelweiss Applied Science and Technology опубликовал 12 статей. В 2024-м — уже 1186. Ещё год спустя он добавил 1068 статей и в августе 2026 года был исключён из Scopus. Этот пример приводится в препринте Ачала Агравала и Моумиты Коли, который разбирает три проверяемых признака сомнительных журналов. Резкий рост выпуска — первый из них.

Препринт «Problematic Journals: Who Publishes in Them and How Many Actually Get Delisted?» опубликован 26 октября 2026 года на Zenodo как версия v3. Nature пометил его как «не прошедший рецензирование». В аннотации авторы называют три сигнала, сработавших хотя бы раз у 3753 журналов: удвоение выпуска за один год, концентрация более 70% статей из одной страны и не менее 15% статей, отмеченных инструментом Problematic Paper Screener. Из отмеченных журналов 196, то есть 5,2%, действительно были исключены из Scopus. За период с 2015 по 2026 год в год срабатывания сигнала в этих журналах вышло 0,67 млн статей.

Цифра 3753 звучит внушительно, но её стоит сразу сопоставить с приложением к тому же препринту. После повторной проверки сигналов по данным Scopus авторы получили список из 3557 журналов. Расхождение между аннотацией и приложением в тексте не объяснено. Разбирая методику, нужно держать в голове, что числа в двух частях одной работы не совпадают, а версия, на которую ссылается Nature, помечена DOI 10.5281/zenodo.23481027, тогда как предоставленная запись Zenodo имеет другой DOI и версию v3. Тождество этих версий по доступным страницам установить нельзя.

Разберём три сигнала по отдельности, потому что они проверяются по-разному и имеют разные слабые места.

Удвоение выпуска за год

Правило выглядит простым: если журнал за один год публикует вдвое больше статей, чем раньше, это повод присмотреться. Авторы объясняют логику в разделе «Research Questions»: такое удвоение может означать падение качества или редакционных стандартов. При этом порог по размеру журнала до всплеска установлен на уровне 10 статей, и это создаёт заметный шум. В приложении авторы сами пишут, что 33% журналов, отмеченных по этому сигналу, имели до всплеска только 10–19 статей. Для маленького журнала удвоение с 10 до 20 статей — не такое уж драматичное событие.

В новостной заметке Nature социолог Анна Абалкина из Свободного университета Берлина прямо говорит: «Может быть много причин, по которым журнал удваивает объём публикаций». Новый журнал часто растёт именно так, и частью бизнес-плана издателя такой рост тоже бывает. Это авторская интерпретация, а не результат исследования, но она показывает главное: сигнал роста не различает легитимный запуск и подозрительный всплеск.

Концентрация статей из одной страны

Здесь самое интересное расхождение между публичным описанием и полным методом. Nature формулирует порог просто: «более 70% опубликованных статей происходят из одной страны». В полном тексте препринта к этому добавляется второе условие. Авторы измеряют разницу между долей самой представленной страны в год, когда журнал был наиболее разнообразным по странам, и в год, когда он был наименее разнообразным. Если разница превышает 40 процентных пунктов и при этом в наименее разнообразный год одна страна даёт более 70% статей, журнал получает отметку.

Этот дополнительный порог меняет смысл сигнала. Речь идёт не просто о национально однородном журнале, а о журнале, который со временем потерял разнообразие и оказался «захвачен» одной страной. Такой захват авторы связывают с возможным редакционным перехватом в пользу авторов из одной страны. Испанский исследователь Альваро Кабесас Клавихо, изучающий оценку науки в Международном университете Ла-Риохи, предупреждает в Nature: для малых журналов большая доля статей из одной страны сама по себе может не быть «признаком сомнительных практик». Небольшой национальный журнал по определению может публиковать в основном авторов из своей страны.

Problematic Paper Screener

Третий сигнал опирается на бесплатный онлайн-инструмент Problematic Paper Screener. Он объединяет несколько автоматических индикаторов: Clayfeet, который ищет статьи, цитирующие отозванные работы; Tortured phrases — искажённые фразы, которые появляются при использовании инструментов перефразирования; Annulled papers — отозванные статьи. Если в течение одного года не менее 15% статей журнала получают отметку этого скринера, журнал попадает в список.

Здесь у авторов была прямая техническая проблема. В приложении они пишут: «Мы не смогли повторно подтвердить сигнал PPS, поскольку не имели доступа из Scopus ко всем DOI журнала». То есть для сигналов удвоения выпуска и захвата страной авторы провели повторную проверку по метаданным Scopus, а для Problematic Paper Screener такой проверки не было. Это важно, потому что итоговый список из 3557 журналов в приложении получен именно после повторной проверки, и вклад третьего сигнала в этот список остаётся не полностью выверенным.

Что сигналы доказывают, а что нет

Авторы препринта формулируют ограничение без смягчений: «Сигналы, которые мы используем для отметки журналов, не являются доказательством каких-либо проблемных редакционных стандартов в журнале. Таким образом, не все отмеченные журналы обязательно демонстрируют проблемное поведение. Кроме того, могут существовать журналы, которые не вызывают ни одного из сигналов, но при этом следуют проблемным редакционным практикам». Это признание и ложноположительных, и ложноотрицательных результатов. Отметка — повод для дальнейшей проверки, а не диагноз.

Так же описывает процедуру представитель Scopus. В заметке Nature он говорит: «Ни один отдельный сигнал и ни один фиксированный порог не определяют исход. Сигнал — это повод провести расследование, и при необходимости журнал передаётся на повторную оценку» советом по отбору контента Scopus. Это позиция базы данных, а не независимого исследования, но она совпадает с логикой авторов препринта.

Совпадение всех трёх сигналов Абалкина считает более подозрительным, поскольку такое сочетание труднее объяснить легитимными причинами. В заметке Nature она называет это подозрительной активностью, которой сложно найти законное оправдание. Это мнение эксперта, а не статистический вывод из данных.

Отдельный препринт Альваро Кабесаса-Клавихо и Фернандо Санчеса-Питы от 8 октября 2026 года смотрит на другую сторону вопроса. Он анализирует 514 журналов, исключённых из Scopus в 2018–2024 годах, по 678 162 документам из OpenAlex в окне трёх лет до и после исключения. Медианный годовой выпуск журнала падает с 35 до 22 документов, снижение 37,1% (p < 0,001). При этом 61,7% журналов публикуют меньше, а 84 журнала, 16,3%, после исключения вообще не имеют документов в OpenAlex. Цитируемость на документ меняется слабо: снижение на 2,4% статистически незначимо (p = 0,079). По аннотации, исключение делает журналы менее привлекательными для публикации, но не наказывает цитирование уже вышедших работ в той же степени.

Это отдельное исследование, и в предоставленных материалах есть только его аннотация. Методику S5 нельзя восстанавливать дальше того, что прямо написано в abstract. Его нельзя использовать как проверку валидности трёх сигналов Агравала и Коли. Но оно показывает контекст: исключение из Scopus не стирает журнал из научного оборота.

Что из этого следует для автора

Три признака из препринта проверяемы в том смысле, что их можно вычислить по метаданным OpenAlex и Scopus. Удвоение выпуска — по числу статей по годам. Захват страной — по распределению аффилиаций и изменению доли самой представленной страны. Доля отмеченных Problematic Paper Screener статей — по открытому инструменту. Каждый из них даёт срабатывание, а не вывод о недобросовестности.

Для практического выбора журнала это означает следующее. Если у журнала резко вырос выпуск, посмотрите на его историю: новый ли он, кто издаёт, как изменился состав редакции. Если в нём много статей из одной страны, проверьте, был ли журнал разнообразнее раньше и насколько резко произошло изменение. Если значительная доля статей отмечена Problematic Paper Screener, зайдите в сам инструмент и посмотрите, какие именно сигналы сработали — цитирование отозванных работ, искажённые фразы или что-то ещё. Ни один из этих шагов не заменяет чтения конкретных статей и проверки редакционной политики.

Ключевая работа остаётся препринтом без рецензирования. Её числа в аннотации и приложении расходятся, а связь между версией, на которую ссылается Nature, и предоставленной записью Zenodo не установлена. Это не обесценивает саму идею проверяемых сигналов, но ограничивает силу любых количественных выводов. Вопрос о том, как проверять журналы перед подачей, разобран и в нашем материале как выбрать журнал (Scopus, Web of Science, ВАК) и не попасть на хищнические журналы.

Источники

Agrawal, A., & Koley, M. (2026). Problematic Journals: Who Publishes in Them and How Many Actually Get Delisted? (Version v3). Zenodo. https://zenodo.org/records/23655712

Naddaf, M. (2026, October 28). These three red flags could unmask dodgy journals. Nature. https://www.nature.com/articles/d41586-026-03325-3

Smith, J. (2026, October 29). Daily briefing: The three red flags of suspicious journals. Nature. https://www.nature.com/articles/d41586-026-03548-4

Cabezas-Clavijo, Á., & Sánchez-Pita, F. (2026). Life after delisting: tracking the publication output and citation impact of Scopus-discontinued journals with OpenAlex (arXiv:2610.11684). arXiv. https://arxiv.org/abs/2610.11684

Схема, показывающая три проверяемых признака журнала и их ключевые ограничения

Фото: Tima Miroshnichenko / Pexels