Шесть признаков и одно «пока»: можно ли считать нарушение биологических часов отдельной депрессией

Представим человека, который ложится спать в два часа ночи, встаёт в полдень и всё равно чувствует себя разбитым. К вечеру настроение немного улучшается, зимой становится хуже, а понедельник словно приносит джетлаг. Такая картина знакома многим людям с депрессией. Но исследователи из Сиднейского университета задают другой вопрос: нарушения сна и суточного ритма сопровождают болезнь или указывают на отдельный механизм?

Группа Эмилианы Тонини и Йена Хики опубликовала в British Journal of Psychiatry анализ данных Австралийского исследования генетики депрессии. Авторы предложили предварительные критерии циркадного профиля, отнесли к нему 2604 человека из 11 380 и сравнили группы по течению болезни, самооценке ответа на антидепрессанты и полигенным индексам риска. Они считают результаты первичной поддержкой клинической правдоподобности такого профиля и подчёркивают необходимость независимой проверки. В пресс-релизе университета формулировка смелее: новый подтип уже идентифицирован. Между этими утверждениями и проходит главная граница статьи.

Как строился профиль

Профиль составили из шести признаков, каждый оценивали по анкете: сезонные колебания настроения, поздняя середина сна, вечерний хронотип, социальный джетлаг (разница между режимом сна в рабочие и свободные дни), утренняя разбитость и гиперсомния. Для включения в группу требовались не менее трёх признаков. Объективных измерений не проводили: не использовали ни актиграфию, ни анализ мелатонина, ни оценку фазы или амплитуды суточного ритма. Авторы прямо отмечают, что критерии «не отражали напрямую внутренние физиологические маркеры циркадного ритма (например, фазу, амплитуду, рассогласование)».

Порог «три из шести» выбрали ради практичности, а не по статистическому критерию. Так доля участников в группе примерно соответствовала прежним оценкам лаборатории по данным актиграфии, а численности подгруппы хватало для анализа. Все признаки получили одинаковый вес, заранее заданных порогов для каждого не было. Это ограничение сами авторы признают: критерии «разведочные, а не окончательные», а результаты следует понимать «как первичное исследование».

Есть и другая трудность: критерии смешивают устойчивые привычки и состояние во время болезни. Почти все признаки описывают обычный режим человека. Исключение составляет гиперсомния, о которой спрашивали применительно к худшему депрессивному эпизоду. Её отметили 84% участников циркадной группы. Получается, самый распространённый признак измеряли именно в период болезни.

Что нашли: различия есть

По клиническим характеристикам группы различались. Средний возраст участников циркадной группы был ниже: 37,9 года против 45,6. В ней было больше женщин: 80% против 73%. Депрессия начиналась раньше: в среднем в 18,7 года против 23,2. В этой группе также были выше показатели по шкалам, связанным с маниакальными и психотическими переживаниями, суицидальными мыслями, психологическим и соматическим дистрессом. Однако самые крупные размеры эффекта авторы отмечают не для симптомов, а для возраста (d = 0,53) и возраста начала болезни (d = 0,44). Это различия в демографии и истории болезни.

Участники циркадной группы ниже оценивали эффективность серотониновых антидепрессантов: отношение шансов составило 0,88 (95% доверительный интервал 0,82–0,94). Для препаратов, действующих на серотонин и норадреналин, оно было 0,89 (0,83–0,97). О побочных эффектах в этой группе сообщали чаще. Но речь идёт о ретроспективной самооценке десяти препаратов, а не о результатах рандомизированного испытания. В основной модели учитывались возраст и пол, но не тяжесть депрессии. Для интерпретации различий в ответе на лекарства это существенное ограничение.

Генетические результаты добавляют аргумент в пользу профиля, но сами по себе его не подтверждают. В циркадной группе были выше полигенные показатели риска синдрома дефицита внимания и гиперактивности (1,11), большого депрессивного расстройства (1,11), тревоги (1,10), биполярного расстройства (1,09), повышенного индекса массы тела (1,09), триглицеридов (1,10), интерлейкина-6 (1,08) и инсулинорезистентности (1,08). Связи обнаружились и с показателями сна и ритма: более поздней серединой сна (1,15), бессонницей (1,08) и вечерним хронотипом (0,68; здесь шкала устроена так, что меньший балл означает большую склонность к вечернему типу). Все отношения шансов близки к единице: это небольшие сдвиги в распределении показателей, а не характеристика отдельного человека.

Авторы трактуют необычно слабый ответ на антидепрессанты как возможный признак особого механизма: при более тяжёлой депрессии ответ на препараты обычно лучше, а здесь наблюдалась обратная связь. Это их интерпретация патофизиологии, а не прямое измерение того, как устроена болезнь.

Где ломается отделение от тяжести

В разборе National Geographic психиатр Дэвид Кёртис из Института генетики UCL предлагает важное альтернативное объяснение: набор признаков может просто выделять людей с более тяжёлой депрессией. Тогда различия между группами связаны с тяжестью заболевания, а не с отдельным влиянием биологических часов. Проверить это можно, например, сравнив участников с сопоставимой тяжестью депрессии или выяснив, улучшает ли циркадный профиль прогноз сверх обычной шкалы тяжести. В опубликованной работе такого анализа нет. Выраженность депрессии не учитывалась и в модели ответа на антидепрессанты.

Поправка на возраст и пол не снимает этого вопроса: эти факторы не заменяют оценку тяжести депрессии. Здесь остаётся пробел в доказательствах, но сам по себе он не опровергает гипотезу.

Неясно и направление причинности. Исследование было поперечным: данные собрали в один период, поэтому нельзя установить, что появилось раньше. Депрессия сама может нарушать сон и суточный ритм. Тогда поздний режим и плохой сон могут быть следствием более тяжёлого или длительного заболевания. Чтобы проследить последовательность событий, нужны проспективные исследования, но их пока нет.

Важно учитывать и состав выборки. Австралийское исследование набирало взрослых с клинической депрессией через рецепты и медийную кампанию. Только 4% сообщили об одном эпизоде, медианное число эпизодов составило шесть; 65% участников когда-либо испытывали суицидальные мысли, а 31% сообщали о попытке самоубийства. Это преимущественно тяжёлая, повторяющаяся депрессия, поэтому результат нельзя без проверки переносить на пациентов первичного звена. Кроме того, все участники анализа имели европейское генетическое происхождение.

Внутри циркадной группы тоже есть неоднородность: о диагнозе биполярного расстройства сообщили 12% участников против 9% в остальной выборке. Психиатр Коллин Маккланг из Питтсбургского университета в том же разборе National Geographic отмечает, что часть участников могла иметь не униполярную депрессию. При этом около 700 человек с диагнозом биполярного расстройства оказались в нециркадной группе. Это ставит вопрос и о том, насколько чётко предложенное деление разделяет состояния.

Есть вопрос и к специфичности профиля. При атипичной депрессии тоже встречаются гиперсомния и прибавка веса, а ответ на серотониновые препараты также может быть слабее. Авторы указывают, что около 1400 случаев атипичной депрессии попали в нециркадную группу. Значит, два описания частично пересекаются, но не совпадают полностью. Это разумный довод в пользу различий, хотя он же показывает, насколько близко новый профиль расположен к уже известным формам депрессии.

Что говорит более широкая литература

Шестикомпонентный профиль изучают впервые, а вечерний хронотип исследовали шире. Метаанализ Рэя Норбери, опубликованный в Scientific Reports в 2021 году, объединил 43 оценки эффекта и данные 27 996 участников. Связь вечернего хронотипа с депрессивными симптомами оказалась небольшой (Fisher’s Z = −0,24; после поправки на возможное публикационное смещение −0,21) и заметно различалась между исследованиями. Норбери подчёркивает: поперечные данные не показывают, вызывает ли вечерний хронотип депрессию или становится её следствием. Социальный джетлаг в этом метаанализе не оценивался.

Метаанализ не проверял гипотезу Тонини и коллег напрямую: в нём изучали один признак, а не профиль из шести. Но он помогает оценить одно из звеньев этой гипотезы. Связь вечернего хронотипа с депрессивными симптомами невелика, поэтому одного этого признака недостаточно, чтобы обосновать новый подтип.

Лечение: где доказательства обрываются

В пресс-релизе университета говорится, что циркадный профиль может лучше отвечать на поведенческие и медикаментозные методы, воздействующие на суточные ритмы: свет, мелатонин и препараты, влияющие на мелатониновые рецепторы. Данные самой работы такого вывода не проверяют.

Отдельно стоит упомянуть световую терапию. National Geographic со ссылкой на обзор 2025 года сообщает, что среди более чем 800 человек с несезонной депрессией ремиссии достигли более 40% участников против 25% в контрольной группе. Первичную публикацию этого обзора в рамках подготовки материала получить не удалось, поэтому точные цифры здесь взяты из пересказа журналиста, а не из проверенного первоисточника. Важнее другое: как отмечает National Geographic, в этих испытаниях не отбирали людей по предложенному циркадному профилю. Значит, результаты относятся к лечению депрессии в целом, а не к эффективности света именно для этой подгруппы.

Данные о мелатонине слабее: по сообщению National Geographic, один анализ не обнаружил явной пользы при депрессии. Там же говорится, что в Сиднейском университете сейчас проверяют, может ли мелатонин улучшить состояние молодых людей, подходящих под предложенный профиль; результаты этого испытания ещё не опубликованы. В декларации интересов статьи указано, что у соавтора Йена Хики есть исследовательский проект по агомелатину, финансируемый производителем, и доля в компании, предоставляющей цифровые психиатрические услуги.

Кёртис предлагает ещё одно объяснение: когда депрессия отступает, сон может нормализоваться сам. Значит, улучшение настроения и выравнивание режима могут происходить одновременно, но одно не обязательно вызывает другое. Важна и его оговорка о препаратах: плохой ответ на лекарства одного типа «вовсе не значит, что он лучше ответит на другое лечение», хотя «всем бы этого хотелось».

Что это меняет для читателя

Если у вас или близкого человека депрессия и при этом поздний режим сна, сезонные колебания настроения, тяжёлое пробуждение или долгий сон, это не устанавливает отдельный диагноз и не повод самостоятельно менять лечение. Но эти особенности можно обсудить с врачом как часть общей картины болезни. Решение о терапии стоит принимать вместе со специалистом.

Пока гипотезу поддерживают клинические различия, самооценки ответа на лекарства и небольшие генетические сдвиги. Они согласуются с идеей циркадного профиля, но не показывают, что он отличается от более тяжёлого течения депрессии. Для следующей проверки нужны объективные маркеры ритма, например актиграфия, измерения мелатонина и температуры, наблюдение во времени, сравнение групп с сопоставимой тяжестью и независимое повторение анализа в другой популяции. Сами авторы называют среди необходимых шагов репликацию в разных выборках, проверку предсказательной ценности профиля и выяснение того, действительно ли он выделяет случаи, где нарушение циркадного ритма играет ведущую роль. Сопоставления по тяжести в работе нет, независимой репликации пока тоже.

Точнее всего пока называть циркадный подтип проверяемой гипотезой. Данные о профиле уже есть, но остаётся и другое объяснение: он может отражать более тяжёлое течение депрессии.

Источники

• Tonini E., Crouse J.J., Shin M., Carpenter J.S., Mitchell B.L., Byrne E.M., Lind P.A., Gordon S.D., Parker R., Hockey S.J. и др. Clinical and genetic correlates of a circadian subtype of depression in the Australian Genetics of Depression Study. The British Journal of Psychiatry, 2026, 1–10. DOI: 10.1192/bjp.2026.10798. Открытый доступ CC BY 4.0; полный текст: Cambridge Core.
• Norbury R. Diurnal preference and depressive symptomatology: a meta-analysis. Scientific Reports, 2021, 11: 12003. DOI: 10.1038/s41598-021-91205-3.
• Youmshajekian L. Scientists May Have Found a 7th Type of Depression. National Geographic, 30 октября 2026. Текст (частично за платным доступом).
• University of Sydney. Researchers identify new «circadian» subtype of depression. Пресс-релиз, 21 октября 2026. Страница релиза.

Смежная тема: разграничение конструктов и проверка того, что новое понятие действительно работает, — та же логика, что в разборе о том, как отличить психоз при аутоиммунном энцефалите от других причин, где решает не набор совпадающих признаков, а проверяемый механизм.

Фото: cottonbro studio / Pexels