Сентябрь 1957 года в Великобритании делил не только классы, но и будущее здоровье: ученики, родившиеся 1 сентября 1957 года или позже, должны были учиться до 16 лет, а те, кто появился на свет днём раньше, могли бросить школу в 15. Спустя почти полвека этот разрыв в один год привёл к измеримой разнице в диагнозах деменции.

Экономисты и эпидемиологи из Университета Южной Калифорнии, Висконсинского университета в Мадисоне и Мичиганского университета воспользовались реформой 1972 года, которая повысила минимальный возраст окончания школы с 15 до 16 лет в Англии, Шотландии и Уэльсе. Результаты опубликованы в Proceedings of the National Academy of Sciences.

Порог в один день

Решение опирается на резкую границу: ученики, родившиеся до 1 сентября 1957 года, оставались под старым правилом, родившиеся 1 сентября 1957 года или позже — нет. «Эта резкая линия позволила нам сравнить людей, которые родились с разницей в несколько дней, но столкнулись с разными требованиями к обучению, оставаясь во всём остальном очень сопоставимыми», — объяснила ведущий автор Сильвия Барселлос, экономист здравоохранения из Центра экономических и социальных исследований при Университете Южной Калифорнии и Висконсинском университете.

Реформа увеличила долю тех, кто оставался в школе минимум до 16 лет, на 14 процентных пунктов. Исследователи проследили за участниками британского биобанка до 65 лет, используя больничные записи, реестры смертности и самоотчёты. Те, кому пришлось учиться дольше, действительно реже получали диагноз деменции.

Представим двух одноклассников, которых отличает только месяц рождения. Один ушёл из школы в 15, пошёл работать на завод; второй проучился ещё год, получил чуть более сложные навыки и более высокий доход. Исследование говорит, что у второго вероятность услышать диагноз «деменция» к 65 годам ниже для групп у порога реформы; для конкретной пары исход не предсказан — исследование выявило групповую связь, а не предопределённость для каждого.

Авторы считают особенно важным, что снижение заболеваемости наблюдалось даже среди людей с высокой генетической предрасположенностью к деменции. «Для людей, которые знают о своём высоком генетическом риске, это обнадёживающий результат, — отметил соавтор Леандро Карвалью, доцент экономики в Университете Южной Калифорнии. — Гены помогают сформировать риск заболевания, но не обязательно определяют исход. Наши результаты показывают, что переживания и обстоятельства, которые могут меняться на протяжении жизни, способны повлиять на то, реализуется ли наследственная предрасположенность в болезнь».

Исследователи пока не установили, через какие именно механизмы дополнительное обучение снижает риск. Увеличение дохода, сокращение числа инсультов и инфарктов — возможные пути, но точного объяснения нет. К тому же, поскольку деменция была редка в сравнительно молодой группе, оценки пока неточны. Дальнейшее наблюдение за участниками покажет, сохраняется ли эффект по мере старения.

Работа ценна тем, что отделяет причинную связь от простой корреляции: люди с высшим образованием в среднем здоровее не только из-за дипломов, но и из-за семейного фона, доступа к медицине и других факторов. Реформа 1972 года — редкий случай, когда дополнительный год обучения достался одним и не достался другим почти случайно, и это позволяет увидеть его собственный вклад.

Научные результаты такого рода используются при планировании отдельных глав диссертации, если тема связана с эпидемиологией или экономикой образования.

Схема естественного эксперимента: по дате рождения относительно 1 сентября 1957 года определяется обязательный минимальный возраст окончания школы (15 или 16 лет), затем сравнивается частота деменции у двух групп.

Фото: This And No Internet 25 / Pexels