Спор о Стэнфордском тюремном эксперименте часто сводится к обмену решительными репликами. Одни считают исследование разоблачённым, другие напоминают, что автор его защищал. В колонке психолога Азаде Алаи, опубликованной 30 октября 2026 года в блоге Psychology Today, обе стороны изложены конкретнее, и от этой конкретности вопрос только обостряется.

Тьерри Ле Тексье, разбирая архивы исследования, утверждает: взяв себе роль начальника тюрьмы, Зимбардо на инструктаже перед началом симуляции «весьма наглядно показал охранникам, как, по его ожиданию, они должны вести себя с заключёнными». Филип Зимбардо, по словам Алаи, «категорически отрицает, что как-либо инструктировал назначенных заключённых относительно поведения, которое они демонстрировали в ходе исследования». Утверждение Ле Тексье и возражение Зимбардо касаются разных групп участников: одно про охранников, другое про заключённых. Алаи это расхождение не разбирает, и оно остаётся открытым.

Что происходило в подвале Стэнфорда

Летом 1971 года Зимбардо устроил импровизированную тюрьму в подвале одного из корпусов Стэнфордского университета. Молодых белых мужчин, откликнувшихся на набор, случайно распределили на роли «заключённых» и «охранников». Заявки отсеивали: по сообщению Алаи, в выборку попали те, кто выглядел наиболее психологически благополучным, то есть с наибольшим запасом устойчивости к стрессу двухнедельной симуляции. Зимбардо и его ассистенты хотели понять, как распределение власти меняет поведение людей в разных ролях.

Дальше начинается то, что Алаи называет частью психологического фольклора. Взаимодействия между «заключёнными» и «охранниками» стали настолько жестокими и тревожащими, что исследование остановили на шестой день. Зимбардо позже признавал, что завершить его следовало раньше, и объяснял задержку тем, что сам слишком вошёл в роль начальника тюрьмы и упустил из виду обязанности научного руководителя. Свою работу он называл парной «опорой» к исследованиям подчинения Стэнли Милгрэма 1960-х годов (формулировка приводится по работе Drury и соавторов 2012 года).

Разбор, изменивший разговор

В 2019 году журнал American Psychologist опубликовал статью Ле Тексье с названием, которое переводится как «Развенчание Стэнфордского тюремного эксперимента». По описанию Алаи, автор вернулся к архивам собранных данных и поговорил с 15 из 22 бывших участников. Среди его выводов «сомнительная научная обоснованность» результатов, а вероятный механизм описывает так: демонстрация ожидаемого поведения на инструктаже.

Если эта реконструкция верна, ослабляется главное, за что исследование ценят в учебниках. Знаменитая фраза о том, что обычные люди в роли охранников быстро начинают вести себя жестоко, опирается на предположение, будто жестокость возникла из самой ситуации. Инструктаж, на котором экспериментатор показывает образец, добавляет второй источник поведения: подсказку, чего от участника ждут. В социальной психологии такие подсказки называют характеристиками требования (demand characteristics): человек ведёт себя так, чтобы соответствовать ожиданиям того, кто наблюдает. Внутри самой симуляции эти два источника поведения трудно разделить: они действуют одновременно.

Важно, насколько осторожна формулировка самого Ле Тексье. По пересказу Алаи, в интервью он говорит, что не собирался ставить под сомнение подлинность исследования, а пришёл к своему выводу, разбирая архивные материалы. Это не поза обвинителя, а описание пути: сначала архив, потом вывод. Для оценки спора такое уточнение существенно, потому что критику трудно списать на заранее заданную позицию.

Возражение, которое отвечает не на тот вопрос

Зимбардо отрицает, что инструктировал заключённых. Но Ле Тексье говорит об охранниках. Формально оба высказывания могут быть верны одновременно: Зимбардо отрицает инструктаж заключённых, а Ле Тексье говорит о показе поведения охранникам. Тогда отрицание автора не опровергает критику, а проходит рядом с ней.

Есть и вторая тонкость. Даже если охранники действительно получили образец поведения, популярный тезис о власти и жестокости не становится ложным сам по себе. Он просто теряет опору в этом конкретном исследовании: симуляция перестаёт быть чистым опытом над ситуацией, потому что в неё встроена подсказка. Разница между «это опровергнуто» и «это больше не доказано» здесь принципиальная, и в публичных спорах её обычно стирают.

Фильм, сериал и разница между пересказом и проверкой

В 2024 году National Geographic выпустил документальный фильм «The Stanford Prison Experiment: Unlocking the Truth» («Стэнфордский тюремный эксперимент: как раскрывается правда»), где отдельно интервьюированы и Ле Тексье, и Зимбардо. По оценке Алаи, фильм не отвечает на вопрос, были ли справедливы претензии к устройству исследования, а ставит новые вопросы. Зато он сводит вместе бывших участников, которые прежде держались в стороне, и показывает их обиду на Зимбардо: не только за то, через что им пришлось пройти, но и за то, как, по их мнению, он использовал их страдания, чтобы выстроить определённую версию того, что показали результаты.

Шестисерийный проект Netflix Алаи оценивает резко: «это ни в коей мере не научное исследование, а целиком материал для реалити-шоу». Первая серия, по её словам, подаёт новую симуляцию как проходящую «без предвзятости». Даже с этой оговоркой Алаи признаёт, что увиденное её зацепило, и обещает разобрать сериал во второй части текста. Судить о самом шоу по её колонке нельзя: оценка высказана, но не подкреплена разбором эпизодов.

С методологической точки зрения пересъёмка не может восстановить то, что было потеряно в 1971 году. Новая симуляция добавляет собственные характеристики требования: участники знают, что участвуют в шоу о жестокости, и могут знать, каким получился оригинал. Это не проверка старой гипотезы, а новый жанр с другими условиями.

Что теперь можно утверждать

Считать выводы Стэнфордского эксперимента доказанными нельзя. Есть опубликованная в научном журнале критика, которая указывает на конкретный механизм искажения (демонстрацию ожидаемого поведения охранникам), и эта критика не закрыта. Есть возражение автора, но оно сформулировано про другую группу участников.

Обратное утверждение, будто исследование полностью разоблачено, тоже опирается не на то, что есть в наличии. Для такого вывода нужен разбор архива с опубликованными документами, протоколами интервью и независимой кодировкой высказываний. В пересказе Алаи ничего этого нет. Описанные ею 15 интервью из 22 остаются материалом для исторической реконструкции, а не проверкой гипотезы: неизвестно, как отбирали собеседников, как обрабатывали их рассказы и как отделяли позднейшие воспоминания от того, что происходило на самом деле. Пределы такого метода хорошо видны на другом примере: семь интервью не проверяют скрининг, и инструмент, с которого начали, остаётся непроверенным.

История с ролями оказывается частным случаем более общей проблемы: повторные эксперименты подтверждают не каждый результат о поведении, а независимой проверки в исходных условиях здесь не описано. Поэтому корректная формулировка для лекции или обзора звучит примерно так: это классическое исследование, чьи выводы оспорены на основании архивной работы, а вопрос о роли инструкций экспериментатора остаётся открытым.

Границы этого разбора

Всё изложенное выше опирается на один текст: колонку Азаде Алаи в Psychology Today от 30 октября 2026 года. Она прошла редакционную проверку (её вёл Тайлер Вудс), но не является рецензируемой статьей и не содержит ни архивных документов, ни протоколов интервью, ни количественных данных. Утверждение о демонстрации ожидаемого поведения принадлежит Ле Тексье и передано в пересказе; проверить его по первоисточнику в рамках этой публикации не удалось. Именно поэтому формулировки в тексте ограничены: критика задокументирована в научной печати, но её основания здесь не воспроизведены.

Фильм National Geographic упомянут без ссылки, а дата выхода сериала Netflix в колонке не указана, есть только дата публикации самой колонки. Вторая часть текста Алаи, где обещан разбор сериала, на момент написания обзора не вышла.

Что остаётся читателю, который встречает Стэнфордский эксперимент в учебнике или в очередном документальном проекте? Полезно держать в голове простую вещь: у этого исследования нет одного авторитетного итога. Есть описание процедуры, есть опубликованная критика с указанием на возможный источник искажения и есть незакрытое расхождение в возражениях. Пока вопрос об инструкциях не разрешён независимой проверкой, симуляцию 1971 года лучше считать яркой иллюстрацией темы власти, а не доказательством того, как власть действует на людей.

Источники

  1. Aalai, A. Netflix's the New Stanford Prison Experiment. Psychology Today, 30 октября 2026. Редакционно проверенный блог, не рецензируемая статья. URL: https://www.psychologytoday.com:443/us/blog/the-first-impression/202610/netflixs-the-new-stanford-prison-experiment
  2. Le Texier, T. (2019). Debunking the Stanford Prison Experiment. American Psychologist. В колонке Алаи ссылка приведена без DOI; полный текст в рамках этого разбора не проверялся.
  3. Drury S., Hutchens A. S., Shuttleworth D. E., White C. L. (2012). Philip G. Zimbardo on his career and the Stanford Prison Experiment's 40th anniversary. History of Psychology, 15(2), 161-170. Цитируется по колонке Алаи.
  4. National Geographic (2024). The Stanford Prison Experiment: Unlocking the Truth. Документальный фильм; упомянут в колонке Алаи без ссылки.
Схема показывает, какие звенья рассуждения о причине жестокости охранников подтверждены публичным источником, а какие остаются непроверенными.

Фото: Ron Lach / Pexels